Онлайн словарь
С
СО

Социокультурный словарь-13

[loadfile: templates/common/google_ads.txt is empty]
 
елал, он как будто считал своим текущим очередным делом» (В. О. Ключевский). Это можно рассматривать как модель поведения П. э. всех последующих этапов обоих глобальных периодов. П. э., балансируя на инверсионных волнах, постоянно находится между двумя смертельными опасностями. Первая — в отпадении от народа, т. е. возможности существенно разойтись с ним в ценностях и целях, например, став в его глазах воплощением мирового зла, что, возможно, будет сопровождаться разоблачением тайны. Этот процесс, который может привести к потере способности П. э. Решать медиационную задачу, стимулируется основным заблуждением массового сознания, верой в Моисеев жезл. В действительности слияние народа и власти — лишь миг, который проходит, и власть может оказаться совершенно беспомощной, пытаясь подвигнуть народ на решение бесконечных задач. Вторая опасность, которая грозит привести к тем же последствиям, заключается в партиципации, т. е. в стремлении власти слиться с народом, проникнуться почвенными, догосударственными иллюзиями, верой, в способность народа после ликвидации бюрократии навести полный порадок, достичь изобилия и т. д. Это стремление стимулируется основным заблуждением интеллигенции. За это проникновение в П. э. ценностей массового сознания она расплачивается ослаблением связи с духовной элитой, полным разрывом с ней, снижением уровня принятия решений, инфантильностью (Соборнолиберальный идеал). Между П. э. и почвой нет достаточно мощного промежуточного слоя, нет достаточно развитых сословий, которые могли бы быть основой для наведения мостов между ними. В расколотом обществе П. э. оторвана от почвы прежде всего из-за слабости массового государственного сознания, в силу традиционной опасности своими действиями, своим существованием вызвать в массовом сознании в кризисной ситуации дискомфортное состояние, стимулировать удар косой инвер сии. В связи с этим отношение П. э. и почвы немыслимо без идеологии, которая пытается истолковать государственность в представлениях массового сознания (например, царь — это патриархальный батюшка), Это заставляет П. э. жить двойной жизнью, говорить на эзотерическом и экзотерическом языке, Культурный облик П. э. в условиях второго глобального модифицирированного инверсионного цикла оказывается под влиянием двух в известном смысле противоположных факторов. С одной стороны, П. э. развивается под воздействием массового сознания, являющегося носителем традиционалистского менталитета при возрастании влияния умеренного утилитаризма. С другой стороны, П. э. движет жизненная потребность в культивировании культуры, обеспечивающей государственность и модернизацию, что неизбежно толкает ее к либеральным ценностям, к высшей культуре, которая постоянно перерабатывается, превращается в средство решения проблем расколотого общества. Соотношение между этими элементами постоянно изменялось. В первом поколении П. э. господствовали представления о победе рабочего класса, наследника мировой культуры и техники, носителя народовластия. Здесь скрывалось стремление использовать западную буржуазную культуру (впрочем, при одновременном избиении ее носителей). Однако поднявшаяся по капиллярам власти та часть почвенных сил, которая оказалась способной к организационной работе, несла в себе архаику, феодальные ценности, ограниченные, однако, сохранением ценностей государственности. Это привело к созданию высшего руководства в культурном отношении близкого к субкультуре архаичного локального мира, но не тождественного ей. На седьмом этапе (перестройка) господствующее влияние приобрела либеральная культура. При этом остро встает проблема синтеза ее ценностей с ценностями массового сознания. Важнейшей проблемой, составляющей элемент решения П. э. медиационной задачи, является постоянная интерпретация туманного содержания массового сознания, прежде всего направленности массовых инверсий, прогноз развития нравственных идеалов. Ошибки в этой области могут обернуться катастрофой.   ПРАЗДНИК — особого типа инверсия, характеризуемая элементами условности, относительной подконтрольности. П. выступает как двойник дуальной оппозиции, например, праздничная инверсия царя и раба является двойником дуальной оппозиции верха и низа в обществе. П. - модель культуры в самой культуре, которая позволяет моделировать возможные варианты преодоления социальной дуальной оппозиции, служит тренажом, предостережением, хранителем вариантов и т. д. П. позволяет постоянно проигрывать механизмы культуры, одновременно углубляя некоторое критическое к ней отношение, способность соблюдать границы своих действий. П. приобщает человека к дуальной природе мира культуры, к оборотнической, инверсионной логике. Одновременно П. оказывает тормозящее влияние на реальную инверсию, обнажая разрушительный характер масштабной социальной инверсии (нарушение запретов, оргии и т. д.). П., следовательно, не только приобщает человека к инверсии, но и к ее последствиям, к пресыщенности, утомлению, к ее негативной оценке. П. помогает прикоснуться к обратной стороне бытия, поддерживает в человеке способность видеть границы культуры. Однако синкретическое сознание не всегда достаточно последовательно отличает П. от основной дуальной оппозиции. Поэтому П. может превратиться в побоище, скоморошество, в разбой и т. д. П. может превратиться в массовое социальное действие (революция — праздник угнетенных). Во многих случаях трудно даже чисто теоретически расчленить эти уровни дуальной оппозиции, например, когда речь идет о погроме, бунте. Недаром бунт может угаснуть сам собой, баррикады опустеть, П. - окончиться (Прости, батюшка, бес попутал). Некоторая неопределенность границы праздничной инверсии и массовой социальной инверсии имеет место всегда. Это видно и в условиях массового алкоголизма и наркомании, когда эти типы вызываемого на физиологическом уровне праздничного состояния выходят за социально приемлемые в данном обществе границы и превращаются в шабаш, усиливающий дезорганизацию, рост дискомфортного состояния.   ПРЕЗУМПЦИЯ ОБЪЯСНЕНИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ЯВЛЕНИЙ — требует ставить в центр объяснения поиск конкретного субъекта, воспроизводящего рассматриваемое явление. Объяснение социальных процессов должно осуществляться через осмысление культурного богатства, освоенного изучаемым субъектом, его системы ценностей, воспроизводственных возможностей. Оно должно включать понимание, которое реализуется как преодоление дуальной оппозиции: рефлексия понимания субъекта исследования — понимание субъекта воспроизводства рассматриваемого явления; а также дуальной оппозиции: понимание субкультуры соответствующего субъекта воспроизводства — понимание культуры соответствующего общества в целом. Иначе говоря, в первом случае речь идет о диалоге исследователя с исследуемым субъектом, а во втором — о диалоге между изучением общества в целом и непосредственным субъектом изучаемого явления. Из П. о. с. я. вытекает, что вопрос типа: «почему наши дети плохие?» бессмыслен, так как в нем не только скрыто утопическое допущение, что дети от рождения должны соответствовать некоторому нашему умозрительному опыту, но и исключен вопрос о том, кто субъект воспитания и почему он должно придерживаться именно этого идеала. Правомерен иной вопрос: «Почему мы не в состоянии воплотить наш идеал в наших детях?» или еще глубже: «Каков должен быть идеал?». П. о. с. я. должна включать выявление сложившихся потребностей, ценностей субъекта, воспроизводящего соответствующее явление. Должна быть исключена экстраполяция на рассматриваемого субъекта ценностей субъекта исследований. Например, при анализе краха нэпа часто объясняют действия людей того периода, Подставляя им наше сознание, обогащенное опытом последующей истории, что приводит к результатам, не имеющим научной ценности. Объяснение, однако, не сводится к пониманию, так как сами потребности, ценности субъекта автоматически не приводят к адекватному им результату. Он формируется через преодоление противоречий между субъективными потребностями и предметными возможностями, через рефлексию. Сведение объяснения к предметным законом исторического процесса приводит к фетишизации объективности, тогда как его сведение к потребностям приводит к фетишизации свободы воли субъекта, к фетишизации конструктивных решений, фетишизму элитарности. П. о. с. я. требует постоянного преодоления фетишизма, например отказа от превращения обмана, заговоров и т. д. в объяснительный принцип историй.   ПРЕЗУМПЦИЯ УТОПИЗМА — априорное требование, накладываемое на авторов, носителей, сторонников любого социального плана, проекта, прогноза, решения, реформы и т. д. в сложном динамичном обществе, главным образом вышедшем за рамки традиционной цивилизации, представления доказательств, что предлагаемый план и т. д. не является утопией. Необходимость П. у. определяется тем, что вся кого рода проекты часто строятся на опыте, оправдавшем себя в иных условиях, на инверсионных схемах, на вере в автоматизм само воплощения Правды, на гиперболизированной вере субъекта в воплощение своих потребностей и т. д., на экстраполяции старого опыта в новые условия. Проект может не прорабатываться, т. е. носить абстрактный характер, пророчески провозглашаться в надежде на то, что очередная массовая инверсия его подхватит. Важно, что утопизм концепции не может быть реально опровергнут ссылкой на ее воплощение в реальных социальных отношениях, так как не исключено, что эта реальность лишь иллюзорно «объясняется» той или иной теорией. Например, «реальный социализм» вовсе не доказывает, что та или иная теория социализма не утопична, так как реальный социализм — форма промежуточной цивилизации, отягощенной расколом, где ведущим социальным факторам является монополия на дефицит, а вовсе не результат какой-то теории. Отсутствие интеллектуальных барьеров на пути утопий приводит к тому, что утопическая суть тех или иных теорий может выявиться лишь в результате крушения проектов (см. Пульсация) уже внедренных в социальную реальность.   ПРЕСТИЖНОСТЬ — оценка обществом, социальной группой, личностью как своего положения, так и места других субъектов в ценностной социальной картине общества. Большое значение имеет исследование несоответствия между претензией субъекта на П. и реальным престижем в социальной системе. Разрыв между тем и другим может составлять существенный элемент конструктивной напряженности, быть движущей силой определенных видов деятельности. Социальный престиж может быть измерен по любому культурно значимому признаку: красоте, должности, богатству, доступу к каналам дефицита, принадлежности к определенной социальной группе И т. д. По разным показателям результат может быть различным. При этом сами признаки могут составлять некоторую иерархию. Представления о П. разных групп в условиях раскола могут исключать друг друга. Например, в одних группах продвижение вверх по иерархии бюрократических ступеней может оцениваться позитивно, в других отрицательно в связи с непрестижностью в определенных социальных группах «начальства». Разрыв между желаемым и реальным престижем дает импульс либо творчеству, направленному на ликвидацию этого разрыва, на достижение желаемой П., например, на повышение квалификации, приобретение коллекции марок и т. д., либо — антимедиации, пассивности, отчуждению. П. - мощное средство социальных изменений, Будучи содержанием вектора конструктивной напряженности П. может постоянно стимулировать человека на любые формы позитивной для общества активности, но также быть направленным и на негативные цели, например достижение П. в банде гангстеров. В расколотом обществе П. может попасть в заколдованный круг, т. е., с одной. стороны, рост престижных механизмов в экономике может быть необходим для экономического прогресса, тогда как сам по себе этот процесс может вызывать негативную реакцию в определенной части общества, т. е. понижать П. именно в этой сфере деятельности. Переход от одного этапа к последующему связан с существенным перераспределением П. в картине ценностей общества. Например, переход к авторитарному идеалу связан с общим повышением П. вышестоящего руководства, тогда как переход к соборному идеалу связан с повышением П. низов. Социальная катастрофа может рассматриваться как такое перераспределение П. в обществе, когда социальная структура, социальные отношения не выдерживают и разрушаются, т. е. социокультурное противоречие между содержавшимся в культуре представлением о П. и возможностью воплотить соответствующие этому П. социальные отношения достигают необратимого порога.   ПРИНЦИП АНТОНА ПЕТРОВА — по имени крестьянина Казанской губернии. П. провозглашен им после Великой реформы 1861 года. Он гласит: если помещик переступит «шаг со своей земли, гони добрым словом, не послушается — секи ему голову, получишь от царя награду». П. А. П. - идеальное социальное воплощение логики инверсии. Он включает следующие элементы: а) истолкование некоторого явления как возможно дискомфортного, опасного; б) анализ породившего эти явления субъекта с точки зрения того, являются ли его действия воплощением злобности врага, результатом его органического слияния со злом, либо зигзагом, заблуждением на пути приобщения к Правде; в) первый вариант легко доказывается в этой логике отрицательным отношением субъекта к «доброму слову», т. е. отказом от партиципации к высшей Правде. Субъект в этом случае может рассматриваться как живое реальное воплощение зла и, следовательно, должен быть уничтожен; г) уничтожение санкционируется высшей Правдой, ее живым воплощением, т. е. царемтотемом. Эта инверсионная схема органически несовместима с медиацией, с постоянным поиском оснований, доказательств, нравственных и правовых основ, новых фактов и компромиссов. П. А. П., например, лежал в основе повседневной деятельности Сталина, его диалога с партией и народом, его победы над своими противниками, ни одни из которых не сумел опуститься до столь архаичного манихейского метода вынесения решения.   ПРИНЦИП МАТФЕЯ. Сформулирован в Евангелии от Матфея: «Всякому имеющему дастся и приумножится, а у не имеющего отнимется и то, что имеет» (25, 29). П. М. совместно с принципом уравнительности составляет, дуальную оппозицию, полюса которой находятся в состоянии амбивалентности. П. М. фиксирует определенную тенденцию, присущую всем обществам, хотя в разных масштабах и реализуемых с разной скоростью. Всякое новшество, новые формы деятельности имеют очаговый характер, возникают в точках роста, развития, в центрах, в очагах более высокой, более творческой формы деятельности, что требует определенной концентраций в них ресурсов. Следствием этого является поляризация общества на управляющих и управляемых, на богатых и бедных, что открывает возможность социальных антагонизмов. Развитие этих тенденций ограничено в каждой культуре некоторой мерой, переход через которую рассматривается как недопустимый, как вызывающий дискомфортное состояние, возможно порождающее косу инверсии, сметающей центры власти и центры богатства; приводит к торжеству уравнительности. Однако этот результат постоянно подвергается давлению П. М., что опять может нарушить меру. В условиях либеральной цивилизации при росте самосознания и ответственности личности П. М. в возрастающих масштабах переходит в сферу духа. Знания, умения, духовное и культурное развитие растут тем больше, чем больше продвинуты в этой области люди. Этот процесс становится все более важным духовным ресурсом в системе управления любого сообщества, общества в целом, все более важным элементом капитала, оттесняя на второй план все иные формы ресурсов, что приводит к преодолению капитализма. возникновению информационного общества.   ПРИНЦИП ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СВЯЗЕЙ — одна из наиболее интересных особенностей организации советского типа сложившихся в условиях господства авторитаризма: характеризуется возможностью вышестоящих уровней управления вмешиваться в функции нижних этажей, изменять в них отношения; например, переадресовывать готовую продукцию, ресурсы, деньги, рабочую силу одного предприятия другому, изымать дефицитные ресурсы, например хлеб, как у «кулаков», так и у колхозов, переставлять людей, опираясь на партийную дисциплину, закрепощение и т. д. Это достигается террористическим ударом, реорганизацией, повседневными указаниями, планом, использованием принципа шаха, перерастающего в мат, П. ч. с. вытекает из присущей синкретическому обществу способности обеспечивать принудительную циркуляцию всех видов ресурсов. П. ч. с. является формой приспособления общества к расколу, чрезвычайной формой следования социокультурному закону, попыткой предотвратить усиление социокультурного противоречия, потребности держать в узде заложенные в его основе два взаимоисключающих и взаиморазрушающих принципа, что требует постоянной способности быстро реагировать на любой процесс дезорганизации, социальной энтропии быстрым чрезвычайным действием, уменьшающим вероятность большой дезорганизации. Однако возможность этого метода, порождающего волны дезорганизации, ограничена сложностью общества. При переходе от одного этапа к другому П. ч. с. периодически пульсирует. Он может быть расширен до чудовищных размеров, например, в условиях крайнего авторитаризма, или сводиться к минимуму, например в условиях господства соборно-либерального идеала. Его максимальное расширение порождает разрушительную дезорганизацию и подавление творчества, тогда как минимизация парализует в расколотом обществе важный механизм интеграции, что в условиях господства локализма приводит к тем же результатам. П. ч. с. несовместимо с гражданским обществом и правовым государством.   ПРИНЦИП ШАХА, ПЕРЕРАСТАЮЩЕГО В МАТ — принцип, противостоящий разделению властей и законности; органически присущ обществу с господством гибридного идеала, псевдосинкретизма. П. ш., как и принцип чрезвычайных связей. результат раскола, в частности, между традиционализмом и модернизацией. Необходимость этого административного принципа вызвана тем, что общество не выработало в должной степени иных, более эффективных методов следования социокультурному закону, преодоления социокультурного противоречия, предотвращения ухода жизни из системы. П. ш. — результат господства синкретического государства в условиях раскола, необходимости принудительной циркуляции ресурсов. П. ш. нацеливает власть на всех уровнях, например в результате острой нехватки ресурсов, дезорганизации, существенно превышающей приемлемую норму, м т. д., для предотвращения катастрофического роста социальной энтропии, дезорганизации прибегать к любым мерам, включая террористический удар, конфискацию ресурсов, снятие и даже арест, расстрел людей и т. д. Институт комиссаров в первые годы существования нового общества олицетворял этот принцип. Он утвердился в деятельности министерств, постоянно меняющих, корректирующих планы, перемещающих ресурсы. Нравственной основой этого принципа отказ от признания самоценности любого явления, оценка его с позиций утилитаризма лишь как средства разрешения медиационной задачи. Все, что этому противоречит (или кажется, что противоречит), т. е. любая идея, любая последовательность — логическая, профессиональная, нравственная — должно находиться под угрозой немедленного ограничения, устранения, возможно — уничтожения. Как направленность П. ш., так и возможность его использовать постоянно меняются вместе с инверсионным колебанием общества от максимального и безоговорочного на этапе сталинизма до попыток его ограничить и даже устранить на седьмом этапе обоих глобальных периодов. Этот принцип несовместим с экономической реформой, требующей стабильности и защиты от произвола каждого предприятия, предпринимателей, которые могут достигать эффективных экономических результатов только в том случае, если они гарантированы законом от произвольного нарушения договоров их административным сюзереном (Феодализм). Здесь существует аналогия с беззащитностью крепостного от посягательств помещика на его имущество. Однако резкий, инверсионного типа отказ от П. ш. на всех уровнях, не сопровождаемый созданием иных, более совершенных механизмов следования социокультурному закону, может иметь негативные результаты из-за гибели последней административной баррикады на пути дезорганизации.   ПРИПИСКИ — стихийно сложившийся способ приспособления традиционалистского, а затем и утилитарного сознания к давлению ценностей модернизации, к ускорению, к административному планированию, интерпретация этих ценностей как чисто ритуальных. Тем самым сохраняются традиционные ценности и одновременно комфортное состояние в условиях раскола. Утилитаризм постепенно осваивает возможности П., используя их для удовлетворения утилитарных целей. При этом П. становится не только средством коррупции, дезорганизации хозяйства, но и возрастающим по значимости элементом псевдоэкономики, формируя социальную патологию.   ПРОГНОЗ ОБЩЕСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ — эффективность П. определяется прежде всего соблюдением презумпции утопизма, отказом от смещения идеологии и науки, от экстраполяции псевдомифа в будущее. П. требует выявления конкретного субъекта-объекта прогнозируемого процесса в единстве его объяснения и понимания (См.: Объяснение социальных явлений. Презумпция объяснения социальных явлений). Иначе говоря предметом прогнозирования является противоречивая воспроизводственная деятельность, конкретного субъекта. П. требует преодоления дуальной оппозиции: абстрактное — конкретное. т. е. выхода меры на тот конкретный уровень исторической необходимости, который в данном обществе в рассматриваемый период реально определяет общественное развитие, раскрывает его движущие силы. Безрезультатно прогнозировать развитие одной страны на основе лишь тенденций общеисторического развития или наоборот на основе множества отдельных явлений, фактов. Возможность П. о. р. России сегодня определяется выявлением возможных путей развертывания глобального модифицированного инверсионного цикла, закономерностей перехода от одного этапа к последующему и особенно перехода от второго глобального периода к третьему, выявлением точек, где особенно опасны катастрофы. Для прогноза возрастающее значение приобретают закономерности выработки распределения социальной энергии, сложные закономерности взаимопереходов комфортного и дискомфортного состояний. П. возможен как прогноз развертывания процесса по логике преодоления дуальной оппозиции. Он требует выявления соотношения инверсии и медиации, возможностей сдвигов в их соотношении, во взаимопроникновении полюсов дуальной оппозиции, т. е. знания не только уровня развития этого явления, но характера различного рода нарушений, взаимоизоляции, например из-за раскола и т. д. Большое значение для П. о. р. имеет медленное, но неуклонное проникновение вверх, до высших уровней элитарного сознания, до вершин самосознания определенных мутаций массового сознания. Напряжение в массовом сознании порождает изменения в отношении к тем или иным явлениям, рост дискомфортного состояния, что может на первом этапе выступать в форме шуток, анекдотов и т. д. В массовом сознании они становятся предпосылкой других, менее анонимных форм творчества — песен бардов, а затем и таких жанров как художественная проза, поэзия. Последние, как и научные труды, требуют большего времени для созревания. Новые элементы культуры, повидимому, получают выражение в определенной последовательности жанров и лишь затем становятся достоянием более сложных из них. Исследование этих процессов без сомнения позволило бы проследить тенденции изменений в массовом и элитарном сознании, потоки интенсивного обмена культурных мутаций, что в конечном итоге может служить основой для прогноза инверсий. В обществе, где инверсии играют определенную роль как механизм изменений, их прогноз должен стать в центр всей прогнозной деятельности. Пока же каждая из них: от инверсионного прихода нового господствующего нравственного идеала до погрома в Сумгаите возникает как гром среди ясного неба. Между тем такого рода катастрофические события бросают тень из будущего в настоящее, что должно стать предметом социокультурных исследований.   ПРОГРЕСС — особый тип систематических социокультурных изменений, ведущих от традиционной к либеральной цивилизации и составляющих ценностное содержание последней; непосредственно выступает в форме повышения эффективности воспроизводственной деятельности социокультурного субъекта. П. включает прежде всего развитие рефлексии, рост творческого потенциала общественного субъекта, его менталитета. П. выражается в росте потока позитивных новшеств, увеличении социальной энергии, экономической эффективности, способности воссоздания общества и т. д. П. характеризуется преодолением инерции истории и ростом критики истории, преодолением господства инверсии, крайностей в принятии решений, ростом значимости диалога, плюрализма, разнообразия, ростом медиации, способности следовать социокультурному закону во все более сложных условиях. П. есть развитие всеобщности. П. проходит различные этапы — от скрытых неосознанных форм, стихийного совершенствования столь же стихийно сформировавшихся способов сохранения окружающей среды в неизменном состоянии до превращения развития, П. в обществе и культуре в непосредственную задачу человека, от П. в условиях господства циклов истории до их преодоления как господствующей формы человеческой истории. Важнейшим этапом этого пути следует признать организационную революцию. П. включает отказ в возрастающих масштабах от рассмотрения потока новшеств как фактора роста дискомфортного состояния, постоянную работу над расширением и углублением диапазона комфортных состояний, превращение самой этой работы в фокус комфортного состояния, развитие демократии как необходимое условие принятия все болев эффективных решений, как метод, путь массового освоения новых комфортных состоянии. В обществе промежуточной цивилизации, отягощенном расколом, П. постоянно дезорганизует уравнительные архаичные ценности, что делает его фактором роста дискомфортного состояния. Но одновременно уравнительные традиционные ценности постоянно дезорганизуют П., представляя собой консервативную силу на его пути. Передовой силой преодоления консерватизма является развитие утилитаризма. Решающая победа П. возможна лишь в результате преодоления раскола, победы либерализма.   ПРОМЕЖУТОЧНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ — особая переходная форма от традиционной к либеральной цивилизации, от господства инверсионной логики к медиационной, характеризующаяся мучительной неспособностью выйти за рамки промежуточного состояния, обострением, доходящим подчас до крайних форм, противоречий между двумя основными формами цивилизации, тонкими, подчас изощренными формами примирения противоположных идеалов через формирование гибридных идеалов, в частности псевдосинкретизма. В этом обществе возможен социокультурный раскол. Постепенно страны и народы последовательными эшелонами переходят к освоению ценности либеральной цивилизации. На этом пути их подстерегают тяжелейшие проблемы. Этот переход — фокус мировой истории. Противоречия П. ц. выступают как противоречия между двумя типами конструктивной напряженности, разнонаправленности их векторов (вектор конструктивной напряженности), различными представлениями о комфортном и дискомфортном состоянии, разными способами преодоления дискомфортного состояния. П. ц. в условиях раскола разламывает человеческую историю, обнажая ее глубинные пласты, открывая метафизическую бездну. Она показала, что на пороге, отделяющем и соединяющем две основные цивилизации, возможны тяжелейшие конвульсии, мучительная неспособность перебросить мост между ними. В точке соединения инверсионной и медиационной логик постоянно возникают мучительные попытки преодолеть раскол на основе приобщения к одной из двух основных цивилизаций, чтобы тут же быть отброшенной к другой (см. Пульсация). Это патологическое движение может прекратиться в расколотом обществе либо путем преодоления раскола и перехода к либеральной цивилизации, либо в результате деградации и гибели общества.   ПРОСВЕТИТЕЛЬСТВО — стремление либеральной, утилитарной интеллигенции, сил модернизации повысить культуру общества, обеспечить прогресс, необходимые предпосылки процветания, гуманизации всей жизни через образование, распространение знаний. П. рассматривается как путь приобщения непросвещенной, некультурной личности к накопленному содержанию мировой культуры, к навыкам культурного общежития, труда, участия в управлении и т. д. Методы П. могут быть различными — от требований типа «избы проветривать», «деревья сажать» до террора. Большой террор сопровождался идеологическим давлением на личность, включая элементы П. На этот. абсурд обращал внимание еще М. Е. Салтыков-Щедрин: «Просвещение внедрять с умеренностью, по возможности избегая кровопролития» (История одного города. 1869). П. через насилие несет в себе ценности, вызывающие у просвещаемых дискомфортное состояние, что не только тормозит П., но может сделать его жертвой косы инверсии. П. В условиях раскола страдает органическим пороком. Оно происходит в условиях и в результате массового истребления духовной элиты, подавления точек роста, развития, что подменяет П. псевдопросвещением, пропагандой серого творчества, различных форм фетишизма, общего распространения негативного отношения к высшей культуре. П. считает результатом негативные явления отклонений от истинного знания. Выход лежит в возврате на «правильный путь». При этом, склоняясь к градуализму, П. игнорирует принципиальную катастрофичность раскола. В условиях раскола П. может, проходя через различные слои интеллигенции, интерпретироваться, т. е. переводиться на языки других (суб)1сультур, и приобретать при этом характер принципиально отличный, подчас противоположный реальному П. Например, либеральное П. людей, склонных к манихейству, может дать им новые теоретические средства для обоснования архаики, лишь возбудить манихейские ценности, превратить архаичную форму манихейства, основанную на вере в антихриста, в более современную, т. е., например, в основанную на представлениях об империалистах, масонах и т. д.   ПРОФЕССИОНАЛИЗМ — систематическое овладение определенной субкультурой, соответствующей форме деятельности. Включает квалификацию, ответственность, этику, этикет, навыки, личностное знание и т. д., стремление к поддержанию на определенном уровне эффективности деятельности, ее повышение. П. важнейшее проявление и результат медиации. П. является результатом осознания ценности специализации, разделения труда, необходимости соответствия человека, его личностной культуры, его способностей, ценностей и т. д. выполняемых им функциям и, следовательно, возможности как развивать соответствующую личностную культуру, так и свободно получать соответствующую квалификацию, образование, искать себе учителей и добиваться соответствующей свободы избрания и перемены профессиональной деятельности. П. основывается на общекультурном представлении о ценности профессионального труда вообще и нацелен на культивирование его личностью в особой форме, например медицинской деятельности, делопроизводства, сапожного ремесла, государственного строительства и т. д. П. приводит к росту социальных групп, само существование которых усиливает дискомфортное состояние, людей с более высоким доходом, чуждых данной среде по своим культурным, возможно этническим и т. д. характеристикам, например, среди профессиональных торговцев может оказаться сравнительно мало людей коренной национальности. П. в создании и эксплуатации техники требует изменений отношений, на производстве, организационных перестроек, иных людей с иными связями, разрушения различного рода клик и т. д. П. формируется на протяжении жизненного пути личности в процессе освоения соответствующей формы деятельности. Культивирование П. - один из важнейших элементов либеральной культуры, хотя он зародился значительно раньше. В обществе промежуточной цивилизации, отягощенном расколом, груз традиционализма, а также необходимость ориентации на него при решении медиационной задачи, воспроизводстве интеграции общества вступает в конфликт с П. как ориентацией на эффект особой, специальной формы деятельности. Развитому П. противостоит стремление к воспроизводству сложившегося порядка вещей, жесткое подчинение функции сложившейся структуре, консерватизму отношений, ориентированному на закрепление монополии на дефицит. на личные связи. Это общество не способно учитывать индивидуальные склонности и степень эффективности личной деятельности. Значительная часть общества не стремится к росту эффективности производства, к росту П. свыше некоторого сложившегося уровня. Система псевдо… противоречит П., так как принцип «все во всем» заставлял человека заниматься разнообразными формами деятельности, например, выполнять задания партии в разных областях, помогать сельскому хозяйству и т. д. Во время террора страдали прежде всего более квалифицированные, профессиональные слои в каждой группе. В идеале логика П. определяется логикой соответствующей деятельности, например логикой лечения больного на основе науки, всего накопленного опыта человечества, включающего этику, формирование соответствующих организационных форм и т. д. Решение медиационной задачи может следовать иной логике, например сохранению сложившихся отношений, борьбе с людьми, попадающими в условия данной версии псевдосинкретизма в разряд носителей мирового зла. «Мы должны очень частою поступаться хозяйственной целесообразностью для того, чтобы подвести под себя прочный фундамент для нашей власти…» (Н.Бухарин). Е. Преображенский писал о крестьянине, что если он может быть образцовым коммунистом лишь ценой превращения в худого хозяина, то нужно предпочесть этот последний исход (Классовые нормы пролетариата после завоевания власти//Каким должен быть коммунист. Старая и новая мораль. М., 1926. С.,71). Врач мог сказать: «Я прежде всего чекист, а затем врач» (Воспоминания заключенного). В этом случае П. разрушается, медицина в лучшем случае превращается в элемент некоторого здравого смысла, а в худшем случае — в орудие, в элемент насилия, что, кстати говоря, подрывает нравственные устои общества. Аналогичная ситуация имела место в сельском хозяйстве, где ограниченный П., направленный на медленный подъем культуры земледелия, вступил в конфликт со стремлением подавить массовое соборное начало, не склонное бесплатно кормить общество. В этой ситуации профессиональный труд был подавлен трудом специалистов по интеграции общества. В особенно сложной ситуации находится деятельность самой правящей элиты, деятельность бюрократии, где постоянно осознается необходимость роста собственного П. (Однако именно это мешает работе, так как противостоит использованию методов, разрушающих эффективность управления (Принцип чрезвычайной связи; Принцип шаха, перерастающего в мат; Волны дезорганизации), что свидетельствует о внутреннем расколе самого управления. Теоретически возможно доведение П. до включения и этих принципов как научно обоснованных в совершенно исключительных условиях инверсионного типа развития и раскола. Однако это требует иного уровня науки и культуры и иного уровня самосознания общества, при достижении которого все эти методы стали бы анахронизмом. На разных этапах отношение к П. может существенно меняться. Например, в период массового террора сам П. рассматривался как признак буржуазности, метка мирового зла, как первая жертва массового террора, антимедиации. В период застоя (шестой этап) резко усилилось влияние различного рода клик, которые сами нуждались в П., но еще больше они нуждались в условиях укрепления своих отношений, что превращало очаги П., например вузы, в центры, разрушительные для П. В условиях перестройки (седьмой этап) делается попытка поднять П., выдвинуть его на первый план, что, однако, не снимает вопроса о возможности в этой ситуации решать медиационную задачу соединить и то и другое. Конфликт между П. и решением медиационной задачи может быть разрешен в конечном итоге лишь на основе преодоления раскола, на основе господства медиации и либерального идеала.   ПРОШЛОЕ — БУДУЩЕЕ — дуальная оппозиция, преодоление которой в разных (суб) культурах происходит различным образом. Этот переход всегда имеет место в настоящем, которое можно рассматривать как фокус противоречий П. и Б., как точку перехода между ними. В традиционной цивилизации преобладает негативное отношение к будущему. Для него характерен вектор конструктивной напряженности направленный на прошлое. Настоящее здесь — отпадение от прошлого, но оно одновременно и партиципация к прошлому, отождествление с ним, примитивная форма объяснения настоящего через прошлое. Само прошлое рассматривается как идеал вечности. Поэтому всякая инверсия — приобщение к абсолюту. Настоящее, которое не истолковывается по тем или иным причинам через идеал прошлого, вызывает дискомфортное состояние. В либеральной цивилизации противоречие между П. и Б. ищется на основе признания будущего как высшей ценности, через медиацию. Настоящее, не истолкованное через будущее, вызывает дискомфортное состояние. Так, человек, вкладывающий капиталы, отдача от которых может быть лишь через несколько лет, ориентирован на будущее, которое имеет для него определенное количественное измерение. В обществе промежуточной цивилизации, отягощенном расколом. противоборствуют обе тенденции, дезорганизуя друг друга. При переходе от одного этапа к другому возможны инверсионные колебания от господства слепой веры в прогресс, впрочем, отягощенной фетишизмом, до одностороннего сведения прогресса к организации, к машинному производству и т. д., к господству веры в почвенные ценности, достижение которых обусловливается антимедиацией, возвратом к прошлому, что может быть связано с пренебрежением к настоящему. Например, «Уверенность в будущем обоженнии обеспложивает настоящее», что характерно для русского православия (Карсавин Л. Восток, Запад и русская идея. С. 15). Для утилитаризма может быть характерно стремление жить повседневностью, т. е. балансируя между ценностями П. и Б.   ПСЕВДО… — особый общественный феномен, возникающий в результате устойчивой многослойной адаптации общества к существенному росту социокультурного противоречия, к расколу, социальной патологии, рост которой приобретает кумулятивный характер. П. проявляется в социальных отношениях, в культуре, в воспроизводстве. Отдаленной аналогией с системой П… может служить приспособление биологического организма к (тяжелой болезни, к инвалидности, соответствующая перестройка функций и структуры. Причем само это приспособление, хотя и позволяет организму функционировать ценой снижения эффективности, но может оказаться мощным фактором, препятствующим выздоровлению, излечению. В медицине известен такой феномен как «уход в болезнь», что превращает человека в защитника собственных недугов. Не только больной алкоголизмом, но и его жена могут страшиться излечения, так как это само по себе неизбежно приведет к дискомфортным для этих людей сдвигам в социальных отношениях, в семье. П… может выражаться в том, что далеко зашедшее социокультурное противоречие, которое в принципе должно порождать дискомфортное состояние, вызывает комфортное состояние и, следовательно, находит в психологической сфере, в ценностях культуры свое опору, Один из важнейших механизмов этого процесса — формирование идеологии. П… выражается в приспособлении культуры к исторически сложившимся неэффективным, патологическим социальным отношениям, например приспособление общинной, артельной культуры к модернизации, приспособление социальных отношений к древним культурным стереотипам, т. е., например, советского общества при его возникновении к идеалам общества-общины-машины. И, наконец, П… выражается в специфическом воспроизводственном процессе, раздираемом, внутренними противоречиями, расколом, которые включают взаимную адаптацию социальных отношений и культуры; раскол между ними приводит к пониженной способности преодолевать социальную энтропию, рост дезорганизации, опасность катастрофы. П… — яркий пример неорганического процесса, распада всеобщности. Особенно благоприятные условия для П… складываются в условиях модернизации, когда заимствования из иной культуры и цивилизации приобретают иное ценностное содержание, интерпретируются в иной модальности, например, все ценности либеральной цивилизации превращаются из самоценности в средства. Налицо возможность использования результатов культурного развития, противоречащего их сущности, например, можно микроскопом забивать гвозди (образ из «Пикника на обочине» Стругацких). В заимствующей культуре происходит конфликт между культурной функцией заимствованного явления, за которой могут стоять определенные силы, осознающие реальную культурную значимость заимствования, ожидание эффективности, и силами, пытающимися использовать заимствованное в рамках старых ценностей. Эти люди будут пытаться низвести любое новшество до уровня своего миропонимания. При анализе явлений П… может показаться, что за внешней формой нового скрывается старая сложившаяся культура, использующая лишь новые средства. Это так, но лишь в какой-то степени. Возникает нечто новое, некоторый гибрид, который каждый волен рассматривать как проявление своей культуры (в этом основа для гибридного идеала, для мышления на основе ипостасей). В результате возможен странный компромисс, проникающий во все сферы общества, в каждую его клеточку. Функционирование заимствованного феномена невозможно объяснить на основе принципов как той, так и другой культуры. Возникают фантомы, создаются тайны иррационального поведения вещей и людей. В качестве основных узлов П… можно назвать социальные отношения, которые в этой ситуации приобретают двойственный патологический характер, тяготеют к разным типам конструктивной напряженности. Они, с одной стороны, стремятся сохранить сложившиеся отношения в любой ситуации, даже вопреки эффективности, но, с другой стороны, пытаются «покончить с безобразием» и добиться прогресса. Эта двойственность в конечном итоге выражается в пульсации, в реорганизациях, в хромающих решениях и т. д. П… возникает в результате ликвидации в культуре ее высшего уровня, точек роста и развития. Например, в фашистской Германии «физика стала физикой обезьян» в результате погрома в науке, эмиграции Эйнштейна (Гроссман В. Жизнь и судьба// Октябрь. 1988. № 3. С. 64). Результаты гениальной работы Персикова (Булгаков М. Роковые яйца) попали в донаучную субкультуру, что разрушает конструктивную напряженность, а следовательно и воспроизводственный процесс, привели к катастрофическим последствиям и т. д., и т. п. Нравственные идеалы, попадая в другую (суб)культуру, получают иную форму. Например, либеральный идеал может стать псевдолиберальным, т. е. соборно либеральным. Экономика без рынка, без соответствующей конструктивной напряженности, нацеленной на развитие и прогресс, превращается в псевдоэкономику и т. д. П… не есть полное отрицание своей основы, например, псевдоэкономика, псевдоурбанизация, с одной стороны, являются отрицанием экономики, урбанизации и т. д. как явлений, находящихся в органическом развитии, но одновременно они не могут существовать без экономики, урбанизации, которые оттеснены на задний план, существуют в порах П…, питая ее реальными силами. П. - всегда некоторая трагическая альтернатива. С одной стороны, П. может, опираясь на мощные пласты традиционной культуры, постоянно строить конструктивную напряженность, направляющую человека на свое воспроизводство. Однако скрытые элементы другой культуры постоянно разрушают П. и тем самым не только ставят себя под угрозу антимедиации, но и дают шанс для разрушения П., формирования жизни на основе его преодоления. Например, библиотека, собранная не для чтения, есть псевдобиблиотека, но, возможно, что для следующего поколения она станет стимулом для движения к новым ценностям. Суд, который подражает западным процедурам, но фактически штампует версию обвинения, является псевдосудом. Но «чудаки», которые принимают правила либерального судопроизводства, могут использовать либеральную форму в качестве стимула борьбы за господство либеральных ценностей, за качественное преобразование суда. Можно ли, однако, посредством законодательных актов переделать систему П…, то есть превратить скрытый в ней на заднем плане элемент органического развития в господствующий. Это возможно лишь тогда, когда в обществе существуют мощные силы, делающие все менее важным и возможным существование П…, которые постоянно его размывают, проникают в него, разрушают его свя
на заглавную О сайте10 самыхСловариОбратная связь к началу страницы
© 2008-2014

online
magazines pdf download
download magazine pdf
download ebooks pdf
XHTML | CSS
1.8.11